ЗАО «Пульмомед» – отечественный разработчик и производитель лекарственных препаратов для лечения болезней органов дыхания. Данные препараты составляют серьезную конкуренцию импортным аналогам. О некоторых аспектах развития российской фарминдустрии наша беседа с заместителем генерального директора компании С. М. ИЩЕНКО.

– Нацпроект «Здоровье»  внес глобальные изменения  в отечественное здравоохранение. А какие тенденции в связи с этим проявились в фармакологической отрасли?

– Серьезные изменения начались немногим раньше – в 2005 году, с введением дополнительного лекарственного обеспечения (ДЛО). Система просуществовала более двух лет, но, по моему глубокому убеждению, нанесла колоссальный ущерб сложившейся и  хорошо отлаженной системе обеспечения льготников лекарственными средствами в регионах. Суть ДЛО в следующем. Был создан федеральный перечень лекарственных препаратов, причем он был многократно шире существовавших прежде собственных списков регионов. В перечень были внесены практически все дорогостоящие препараты, в итоге затраты в суммарном выражении выросли в десятки раз по сравнению с тем, что было раньше.
Что мы получили? Юридическую вседозволенность, спущенную Минздравом сверху, помноженную на действия медицинских представителей, получивших наконец возможность построить свои отношения с врачами или администрацией по принципу «ты мне, я – тебе». Бесконтрольность отпуска и лавинообразный спрос: врачи стали выписывать кому угодно и сколько угодно, причем исключительно дорогие препараты.
Это привело к тому, что один человек получал все, а десятки оставались без лекарственной помощи. Все  это породило в обществе социальную несправедливость и привело к дискредитации, а затем и к отмене ДЛО. К сентябрю 2007 года из системы дополнительного лекарственного обеспечения вышло более 70% льготников. Это сотни тысяч людей, которые разуверились в государстве, которое оставило их без реальной помощи.

– Скажите, кому и зачем нужен был такой эксперимент? И что, нельзя было спрогнозировать, к чему он приведет?

– Задача для первоклассника: известно количество льготников, известна сумма бюджета, выделяемая на ДЛО, легко посчитать количество денег, приходящихся на каждого льготника. Эта сумма составляла около 300–400 рублей, и 517 рублей предусмотрено на 2008 год.
Но парадокс в том, что цены на большинство препаратов в федеральном перечне зашкаливают за тысячи.
Свою лепту внесли некоторые недобросовестные федеральные дистрибьюторы, которые, выиграв конкурсы (еще одна кормушка), стали единоличными диктаторами на рынке  ДЛО и лоббировали поставки дорогих импортных препаратов. Расчеты в процентах от освоенных денег породили несовместимый с социальными задачами ДЛО принцип: сделай меньше  – получи больше.
Я не вижу логики и здравого смысла ни в одном из действий правительства по реализации программы ДЛО, но знаю точно: этим подложили бомбу под все отечественное здравоохранение. Система ДЛО образовала огромные долги перед фармкомпаниями – западными и отечественными. Государство еще долго будет расхлебывать эту кашу…

– Какова теперь ситуация с льготниками, ведь это люди, которые имеют серьезные проблемы со здоровьем?

– К январю 2008 года были созданы реестры всех региональных и федеральных льготников. Реестр подразумевает, что каждый льготник учтен. Под это выделяются финансы, которые делятся пропорционально на всех, идет планирование и заказ лекарственных препаратов. Первоначальная потребность в лекарственных препаратах составляется исходя из выписок больных, далее происходит техническая коррекция, замена дорогих оригинальных на недорогие дженериковые, либо происходит урезание с учетом выделяемых денег.

– Но будут ли в этом списке эффективные препараты?

– Эффективные препараты – на самом деле понятие условное.  Ну кто скажет, что до 90-х годов в России лечили неэффективно? У нас же была мощная фарминдустрия, мощное производство субстанций. Мы были одними из крупнейших экспортеров субстанций в мире.

– А что сейчас?

– Пока грустно. Производство субстанций было практически полностью уничтожено. И только с середины прошлого года начались процессы возрождения. Правительство взялось за разработку долгосрочной программы развития отечественной фарминдустрии, это может означать, что государство наконец-то повернулось к нам лицом. Чуть ли не ежемесячно проходят заседания Ассоциации российских фармпроизводителей с участием представителей Государственной думы, ТПП, Общественной палаты. Видны изменения и на местах, в регионы пошли большие инвестиции.
О росте капитализации свидетельствуют и грядущие IPO отечественных фармпредприятий и растущие рейтинги. Весьма показательно, что по результатам 2007 года впервые за  пятнадцать лет в число топ-10 предприятий, обеспечивших наибольший оборот на российском рынке, вошла отечественная компания «ФармСтандарт», причем она в этом списке заняла первое место. Это тоже может свидетельствовать о хорошей динамике развития отрасли.

– Люди во все времена болели, болеют и болеть будут.  Почему же отрасли так трудно приходится в новейшей истории?

– Причина, полагаю, в болезни самого общества. Не случайно же медицине отводят первое-второе места по коррумпированности. Кроме того, медицина и фармотрасль – это составные части экономики страны, а развивающиеся рынки являются идеальным рынком сбыта экономически развитых  стран.
А взять науку. Здесь уже давно назрела необходимость движения за чистоту рядов. Работая в государственных научно-исследовательских институтах, существуя, по сути, за счет государства, многие ученые мужи используют административный ресурс и  положение исключительно в целях продвижения зарубежных технологий. В научных статьях, в публичных выступлениях они умышленно, естественно небескорыстно, умалчивают о достижениях и разработках отечественных компаний.

– Чем их берут?? На конгрессы международные не пригласят, что ли?

– И на конгрессы не пригласят, но главное в том, что их не будут принимать в европейские общества. Они же все зарегистрированы в европейских обществах, и стоит какому-нибудь опинион-лидеру положительно отозваться об отечественных технологиях, его отлучат от этой кормушки. Это очень серьезное давление. По большому счету, это железный занавес, который не только не разрушился, а наоборот, усилился.

– Можно ли переломить эту ситуацию?

– Конечно. Для этого нужна политическая воля, нужны реформы и законы, а самое главное – механизм их реализации, которые смогут изменить правила игры. Государство сегодня уделяет внимание развитию всего отечественного, но понадобится еще много усилий, чтобы достичь прежнего уровня и пойти дальше.
И нужно создавать новое медицинское сообщество, ответственное перед государством, перед обществом. Строить новые отношения между врачом и пациентом, врачом и государством как работодателем. И строиться эти отношения должны на взаимном уважении и полной профессиональной ответственности.

– Что, на ваш взгляд, государство должно сделать в первую очередь?

– Единственная задача государства – повышение благосостояния народа. Все остальное зависит от выбора людей. Если говорить о фармотрасли, то для ее развития очень важно создать равные условия с западными компаниями, убрать коррупцию в этой сфере, сделать все прозрачным. Предельно упростить процессы регистрации и перерегистрации лекарственных средств, отменить регистрацию субстанций.
В свое время открывали прозрачные сайты по регистрации, сейчас их закрыли. В итоге, чтобы сдать документы на регистрацию, нужно месяц дожидаться своей очереди.  Вроде бы законодательно много хорошего предусмотрели, но в реальности стало хуже.
Фармакология – инвестиционно привлекательный сектор с точки зрения бизнеса. В последнее время в отрасль вливают огромные деньги. Какие препараты сегодня самые востребованные? По лечению сахарного диабета, то есть инсулины. В сентябре прошлого года в Екатеринбурге запустили новый завод по производству инсулина. Производитель заявляет, что обеспечит инсулином не только Россию.  И еще в ряде регионов объявили, что в ближайшее время построят такие заводы. Год-два, и конкуренция появится внутри России.

– Очевидно, что бизнес будет прежде всего направлять усилия на производство дорогих препаратов, чтобы быстрее окупить инвестиции.

– Позвольте не согласиться. Ни одна европейская страна не заинтересована в производстве дорогих оригинальных препаратов. Более того, недавно Евросоюз инициировал изъятие всей документации у крупнейших фармкомпаний Европы с целью уличения их в сговоре с производителями дженериков.  Дело в том, что в 2007 году на европейском рынке в два раза, по сравнению с предыдущим годом, уменьшился выход новых дженериковых версий дорогих оригинальных фармпрепаратов. Производителей оригинальных препаратов  и дженериков обвиняют в сговоре. Дело в том, что оригинальные препараты могут быть в шесть-десять раз дороже дженериковых аналогов.
На самом деле проблема не в дорогих препаратах, а в системном подходе. Можно получать дорогие лекарства один раз в два-три месяца, и при этом эффект от лечения будет приближаться к нулю, либо регулярно получать недорогие, в том числе и отечественные, лекарства и добиваться хорошего терапевтического эффекта. Это подтверждает и множество исследований, проведенных как в России, так и за рубежом. Они показывают: дорогое лечение ничем не отличается от недорогого. Эффект тот же, хотя стоимость может отличаться в десять раз.
Родовые сертификаты послужили примером перераспределения денег между эффективными, то есть хорошо работающими медицинскими учреждениями. Такую схему планируют внедрить во всей медицинской сфере в течение нового президентского срока.
По большому счету речь идет о накопительном медицинском капитале. Возможно, деньги пойдут через страховые полисы, индивидуальные страховые счета граждан, которые составят накопительный капитал. У россиян будет обычный финансовый счет, куда государство обязано перечислять индивидуальные средства.

– Открыть каждому счет – это же огромная работа.

– У каждого из нас есть накопительные пенсионные счета, какая проблема создать еще один счет, управлять которым будет страховая медицинская компания? Страховые компании будут регулировать процессы и защищать права каждого гражданина. Если человека неэффективно лечили или не то ему выписывали, страховая компания будет судиться с медицинским учреждением, с врачом, плохо его лечившим и выписавшим дорогие препараты. Такая практика принята во всем цивилизованном мире.
Страховые платежи граждан должны стать основными и, возможно, единственными источниками финансирования медицинских учреждений, в них не предусмотрены расходы на бюрократический аппарат. Может, хоть тогда и коррупции будет меньше.
По оценкам экспертов, наполовину меньше понадобится врачей, больниц, коек и медицинских академий. То есть бюджет будет экономиться колоссально.

– Что представляет собой ЗАО «Пульмомед»? И как ваша компания ощущает себя в нынешних реалиях?

– Наша компания существует с 1996 года, тогда были зарегистрированы и запатентованы оригинальные препараты, то есть не имеющие аналогов в мире. Коллектив разработчиков был удостоен правительственных наград за разработку инновационных препаратов. В дальнейшем этот перечень расширялся, практически ежегодно появлялись новые наименования. В среднем в России оригинальных препаратов разрабатывалось и регистрировалось тогда немного, на «Пульмомед» приходилось до 50% новых лекарств. Если не считать симптоматических препаратов, это единственное предприятие в России, которое разрабатывает и производит противоастматические лекарства, не уступающие зарубежным аналогам, но при этом гораздо доступнее по цене.

– Доступнее – это насколько?

– Разница в цене колеблется от двух до восьми раз.

– А если сравнить эффективность?

– Эффект от применения отечественных оригинальных препаратов и зарубежных аналогов сопоставим. Мы провели достаточно много исследований, подтвердивших, что комплексное лечение с применением как зарубежных, так и отечественных препаратов по эффекту идентично. То есть нет смысла тратить денег больше, если получаешь тот же результат лечения.
Кроме того, надо учитывать следующее: когда лекарства закупаются извне, деньги уже никогда к нам не вернутся. А деньги, которые тратятся на отечественные препараты, возвращаются в наш бюджет в виде налогов, зарплат – то есть воспроизводятся. Если схематично, то рубль, потраченный в России, на следующий год превращается в два реальных рубля. Рубль, потраченный на импортный продукт, через год оборачивается уже минусом двух рублей из государственного бюджета.
Сегодня регионы опять вернулись к тому, что было раньше: они начали формировать свои узкие формулярные списки. Это позволит ограничить юридически возможности врачей по выписке дорогих препаратов, иначе никакой бюджет не справится, тем более региональный.

– Как строится маркетинговая стратегия вашей компании?

– Маркетинговую политику «Пульмомед» проводит мягко. Мы никому не отказываем в сотрудничестве, но и никому не навязываемся. Я лично очень уважительно отношусь к врачам, которые помимо профессионального исполнения своих обязанностей всегда остаются патриотами и гражданами своей страны.

– Что в планах вашей компании?

– Мы уже много лет занимаемся разработкой лекарствозамещающих технологий. Речь идет о замене синтетических лекарственных препаратов, которые обладают огромным количеством побочных эффектов в силу того, что это ненатуральные вещества и они отторгаются различными системами человеческого организма. Наши препараты в определенных ноозоологиях имеют гораздо больший эффект, при этом не дают  побочных эффектов.
Это будущее нашего предприятия, это то, чем компания планирует заниматься в перспективе. В будущем планируется полностью перейти на эти инновационные технологии, чтобы не наносить какого-либо вреда человеку, обеспечивать комплексное лечение и профилактику заболеваний, а также сопутствующих патологий.

– Вы имеете в виду БАДы? Но их во всем мире столько производится…

– Речь не о БАДах. Все разработки компании проходят исследования в соответствии с требованиями по разработке и клиническим исследованиям лекарственных препаратов. То есть все соответствует уровню разработки новых лекарственных препаратов. Регистрация формы БАДа – всего лишь промежуточная форма, которая облегчает проведение этих всех исследований. Просто мы получаем возможность лечить, а также получать клинические результаты и опыт.

– Каковы производственные мощности «Пульмомеда»?

– У нас небольшие мощности, но в ближайшее время в Коломенском запускаем новое производство, оснащенное современным технологическим оборудованием швейцарского производства. Это позволит нам представить весь спектр препаратов по лечению заболеваний органов дыхания, которые производятся сегодня в мире. Все, что нам дает заграница, можно будет получить здесь и по ценам многократно ниже.

Автор - Марина Викулина

Источник - Бизнес.Коммуникации